Не лепо ли бяшут в школьных учебниках?
Вот сидит напротив меня внук Александр, первый класс. Задание: выучить стих…
Вот этот, из учебника:
«Берёза моя, берёзонька,
Берёза моя белая,
Берёза кудрявая!
Стоишь ты, берёзонька,
Посередь долинушки;
На тебе, берёзонька,
Листья зелёные;
Под тобой, берёзонька,
Красны девушки поют;
Под тобой, берёзонька,
Красны девушки
Венки плетут…»
Супруга моя с ним мучается, потому что парню по барабану стишок.
Честно говоря, мне тоже, как и супруге.
Но мы упорно соблазняем внука черникой со сгущенкой и обещанием поговорить о ЧМ-2018 после освоения сего шедевра русской пейзанской лирики.
Ну скажите мне, почему этот парнишка, веселый, живой, прекрасно разбирающийся в автомобилях, любящий научные передачи, отлично (для своего возраста) играющий в шахматы, «плавающий» в интернете, как в бассейне (куда тоже ходит), футболист, любитель Третьяковки и театра, продвинутый в английском, веселый, умный, любопытный должен учить какую-то позапрошловековую хрень про «березоньку кудрявую» и «красных девушек, плетущих венки» и про прочие «долинушки»?
Я могу прямо тут объявить конкурс среди родителей: кто быстрее заучит это неродный шедевр.
Но лучше — пусть соревнуются составители всех этих современных пособий и учебников, особенно по литературе. Мне просто интересно, а они сами понимают, что поколение «березонек» и «красных девушек» уже не то, что для наших внуков, но даже и для нас, учившихся в школах в семидесятых (да, в прошлом веке!), а уж тем более для наших детей — родителей наших внуков, — уже было тягомотиной, а нынче и вовсе померло.
Нет, конечно, пусть студенты-филологи и все это штудируют, как историю русского языка. Флаг им в руки. Но зачем с нашими семи-восьмилетними внуками-то, осваивающими гаджеты раньше азбуки, в школе говорим на языке динозавров?!
Вы бы еще, педагоги-стратеги, им что-то из «не лепо ли бяшете» или переписки Грозного с Курбским («И хто же убо восхощет таковаго ефопского лица видети?» забили им в программу. Ну просто спросите у них, что такое «веночек» или «красна девица». И все станет ясно.
Я так и слышу: а духовность? А фольклор, на котором воспитывались поколения?
Ответ готов, он банален, но что делать: с детьми надо говорить на их языке, а если вы в этом отстали — это не значит, что ваши проблемы нужно решать за счет отвращения у детей к учебе. Они хотят умных и веселых квестов на уроках, игр, через которые научаться думать и понимать, а им: «Некому березу заломати…»
Это же просто. Вот мы, старшее поколение, которые уже дедушки и бабушки, с нашими родителями в СССР пели одни песни и смотрели одни фильмы. И всего лет за двадцать произошел такой разрыв, что не детей надо учить нас понимать, а нас учить понимать детей. Они говорят по другому, думают иначе, у них вообще другой мир.
Эх, песталоцци-ушинские…
Вы сами-то, по честноку, это это учили бы?
Боюсь, даже за чернику со сгущенкой не стали бы.
Вас бы стошнило.
КСТАТИ
Мифы о цифровом поколении разоблачены: молодым интересны Ремарк и родители
Каждый раз, когда представители старшего поколения подобно герою Олега Басилашвили из фильма «Курьер» задаются вопросом «В чьи же руки мы отдадим построенное нами здание?», их охватывает священный ужас. Потому что на молодежь, по их мнению, без слез не взглянешь — совсем непохожи на своих славных предков. Якобы, цифровое поколение переселилось в виртуальную реальность, разучилось читать художественную литературу, считает родителей компьютерными дикарями и без гаджетов жить не может. На самом деле все не так! (подробности)